Как пишется слово колыхнешься с мягким знаком или без

- Давайте просто почитаем красивые стихи

как пишется слово колыхнешься с мягким знаком или без

Превратили бурение в скачки за метрами и рысачат без зазрения совести, и вообще Звездопад наград, вполне естественно, принес ему и знак Героя, засияла звезда У нас же, как сам понимаешь — край подвига, и нет слов « Не можем». Затихла буровая — тут же колыхнешься: что-то случилось. Впрочем, и без водки обошелся бы, и без селедочки, да и без борща . Сурен, хотя и не разбирал слов, все понял и, потеряв интерес, отвернулся. обрывая пуговицы, и, волчком раскрутив Лапина, швырнул в мягкий сугроб. .. добросовестный труд, награжден знаком "Ударник коммунистического труда". Ты мне без надобности, — ответила за Анну гордыня. .. И славный Путята, боярин и воевода, свое мудрое слово сказал: . Настена склонила голову в знак согласия и, вскинув лучистые глаза к потолку, дочитала стих: Я повезу тебя в мягкой колымаге, и ты со своим чадом не колыхнешься в ней.

Но вот Анна увидела убегающих печенегов, услышала трубный глас боевых рогов, и появились лавины русских воинов. Она затрепетала от волнения.

Ей показалось, что и она вместе с ратниками мчит на врагов. Перед глазами отроковиц вновь сверкал лишь образ святой Ольги. Они вышли из храма.

Взволнованные, горящие жаждой поскорее взяться за военные дела, появились на церковном дворе. Махая рукой, Анна привлекла к себе внимание. В ограде уже собралось больше двух сотен подростков, и с каждой минутой они прибывали. Анна и Настена остановились на паперти храма и увидели немало людей на площади. Многие горожане подошли к ограде церкви, ждали, что им доведется увидеть и услышать. Анну не смущало присутствие взрослых горожан. Она уже понимала свое назначение и знала, что у нее есть право на власть.

Она относилась к ней бережно, дабы не огорчить батюшку, не пойти ему наперекор. Но там, где эта власть шла на пользу Руси, Анна сумела дать ей ход. И когда церковный двор заполонили не только подростки, но и взрослые, княжна подняла руку, как это делал отец, и сказала те лов самые слова, с которых начинал свои речи великий князь: Близ храма смолк говор. За спиной у Анны появился священник отец Герасим и дьячки. На нас идут печенеги. Но вам ведомо, что великий князь с дружиной в Новгороде, что воевода Вышата ушел в Тмутаракань.

Потому нам с вами защищать стольный град, в который испокон веку не ступал враг! Теперь и вас, отцы, матери, сестры, зову к тому. В злую годину святая Ольга защитила город от печенегов. То и нам посильно. Идемте же на берега Днепра и Почайны собирать камни. Почти тысячная толпа потянулась за Герасимом, Анной и Настеной.

Анна повела горожан через детинец, прямой дорогой к Боричеву взвозу, к Днепру. Там кияне рассеялись по всему берегу могучей реки, и каждый нашел себе посильную ношу. И вот уже вереница горожан медленно потянулась в гору, к крепостной стене, дабы положить на нее свое оружие и убить им врага, ежели он посмеет подняться на стену, вломиться в мирный город.

Пришли за камнями и две очень старые горожанки. Зоряну и Пересвету знали в Киеве. Им было почти по сто лет, и они хорошо помнили княгиню Ольгу, потому как сенными девицами состояли при.

Анна и Настена, спускаясь в пятый раз к Днепру, увидели этих согбенных под тяжестью ноши женщин и поспешили к. Анна подошла к Пересвете. И Настена не отстала от Анны. Она подошла к Зоряне и проговорила: Вот я и буду тебе за внучку.

И понесу твою ношу. Зоряна отдала Настене камень, но придержала ее за руку, заглянула в глаза, покачала головой, с трудом от одышки произнесла: Нести добро тебе ближним не порочно. Догадливые товарки приспособили для переноски камней крепкие холстины.

Они клали в них камни и, взвалив на спины, несли. А навстречу Анне и Настене из города шли и шли все, кто имел в руках хотя бы малую силу.

Book: Русская корлева. Анна Ярославна

Многие торговые люди послали своих работников с повозками. Так же поступали именитые горожане. Звонари подбадривали трудников-киян колокольным звоном. Это был еще не набат, колокола благовестили. А священнослужители и монахи вместе со всеми носили камни и, возвращаясь к реке, каждый раз пели псалмы или каноны.

К вечеру первого предосадного дня в городе появились селяне.

как пишется слово колыхнешься с мягким знаком или без

Они тоже поспешили на помощь стольному граду. Многие приехали на лошадях, привезли зерна, овощей, пшена, вяленой рыбы и говядины — всего, что могло спасти киян от голода во время осады. Припас принимали княжьи мужи, тут же рассчитывались за товар. Появились и беженцы из сел, из Вышгорода, дабы укрыться от врага за крепостными стенами. Три дня и три ночи по берегам Днепра и Почайны русичи собирали камни, добывали их в пещерах под холмами. Много дней готовили жерди, колья, рогатины, бревна, дабы сбрасывать врага со стен.

Семь дней и семь ночей все кузни Киева и посадов ковали мечи, наконечники стрел и копий. И все эти дни Анна и Настена не покидали улиц города, появлялись там, где были кому-то нужны, кого-то могли ободрить словом, оказать помощь. Великая княгиня Ирина в эти дни пребывала в страхе за свою среднюю дочь. Ирина знала, чем занималась Анна, но это не избавляло ее от переживаний за жизнь неугомонной и рисковой головушки.

Но приходили минуты, когда мать радовалась тому, чем была занята ее дочь. Увидев вереницу горожан, несущих с Днепра камни следом за Анной, великая княгиня воскликнула, обращаясь к Елизавете: Ведь она как истая государыня верховодит. Ирина благодарила Всевышнего за то, что он вложил в душу дочери сильные стремления. Княгиня видела Анну будущей государыней. Она еще не знала, в какой державе княжна обретет свою новую родину, но верила в то, что эта держава никогда не упрекнет Русь за государыню-славянку.

Сама Ирина была довольна тем, что свила свое материнское гнездо в России. Ее северная родимая земля, викинги морей, землепроходцы не упрекнут ни в чем свою дочь, принцессу Ингигерду.

как пишется слово колыхнешься с мягким знаком или без

Она достойно несет честь великой княгини. И сегодня, когда предстояли тяжелые испытания перед лицом жестокого врага, она не дрогнула и занималась тем, чем должно заниматься великой княгине в час отсутствия государя. И настал день, когда до Киева дошли вести о том, что печенеги уже двинулись в поход на стольный град.

Они дерзнули нарушить мирный договор и вот-вот войдут в пределы Руси. Их вели большие князья Темир и Родион. Давно степняки не поднимались такой силой и теперь спешили ухватить легкую победу, зная, что великого князя Ярослава с дружиной нет в Киеве. Но и князь Ярослав получил весть от принца Гаральда о том, что печенеги двинулись на Русь. Прервав все дела в Новгороде, великий князь поднял немедленно дружину в седло и скорыми переходами — лишь короткий отдых на сон да передышка коням — помчал из Новгородской земли спасать свой стольный град.

Знал он, что в Киеве всего лишь сотня гридней в личной охране великой княгини. Вся воинская сила была с. С Ярославом шли новгородская дружина во главе с воеводой Лугошей Евстратом и две тысячи варягов [11]коих вел принц Ярлем Рагневад, поступивший к великому князю на службу.

Знал Ярослав, что, какой бы многочисленной ни была орда, он прогонит печенегов с Русской земли и сурово накажет их за нарушение мирного договора. Но сейчас великого князя беспокоило одно: Знал Ярослав, что кони печенегов легки в пути и за летний день проходят больше ста верст. Однако и русичи не уступали. Верил Ярослав и в то, что если печенеги придут под Киев раньше его, то с ходу город не возьмут.

Великой княгине не занимать мужества, и она поднимет горожан на оборону города. А им поможет выстоять духом предание о подвигах святой Ольги, которое бережно хранилось в каждом доме. С надеждой на лучший исход и стремился Ярослав к стольному граду. И вот уже до Киева осталось одно поприще [12]. Воеводе Глебу Вышате было труднее.

  • Сасовский феномен
  • Как правильно пишется слово колыхнешься?
  • Как пишется слово "речка"?

Получив от гонцов весть о печенегах и повернув дружину к Киеву, он хотел вести ее коротким путем, но это значило, что ему пришлось бы идти через степи вблизи становищ печенегов. И тогда не миновать преследования степняков и схваток с. Вышата на то не отважился. Нужно было беречь силы и воинов для главной сечи с печенегами. И он повел дружину полукружием, через лишние водные преграды. Слева от него, может быть, в сотне верст двигалась орда. Дозоры, шедшие впереди, неусыпно следили за ее движением.

В Киев той порой примчались воины со сторожевых застав. На княжеском дворе их встретила княгиня Ирина. Княгине Ирине нечего было сказать в ответ, и она послала вестников в поварню. Сама отправилась на крепостные стены, дабы проверить, все ли готово для отражения врага. Но едва она покинула княжеское подворье, как появились новые вестники. Прискакал с пятью воинами старший сын Владимир. Узнав, что мать на крепостной стене, побежал искать ее.

А как нашел, воскликнул: Все обсказал, и мы в тот же день выступили в поход. Дружина уже прошла Галич и завтра будет. От радости она прослезилась. Иди поешь и отдохни. Князь Владимир и его воины провели в седлах несколько суток, спали урывками, питались кое-как.

Однако об отдыхе князь не. Уже в наших пределах. А мы вот приготовились встретить ворогов. Идем, я покажу тебе, чем будем отбиваться. Ирина повела сына за. Она показывала всюду высившиеся у бойниц груды камней, жерди, короткие бревна. Никто не жалел сил. А подняла народ твоя сестрица Аннушка. У Владимира на лице лишь удивление. Он понимал, что, ежели приготовленное горожанами на стенах доведется обрушить на степняков, тысячи их найдут погибель под стенами Киева. Великий князь Ярослав той порой уже был в Любече.

Сделав небольшую передышку в городе, он двинулся к Киеву. Да было о. Над Русью в минувшие несколько лет витала Божья благодать. Во всех войнах Ярославу светила удача. Со смертью князя Мстислава Русь стала великой державой, равной которой в Европе не. Города на Руси процветали торговлей, ремеслами. Крестьяне кормили горожан вволю, никто в державе не голодал.

Неужели же теперь от русичей отвернется Божья благодать? Так размышлял великий князь, покидая с дружиной Любеч. На его лице сквозило удивление, когда он думал о дерзких печенегах. Как смели они нарушить мир? Не думают ли, что их набег на Русь останется безнаказанным? Было раннее утро, солнце лишь поднялось над степью. День обещал быть жарким, тяжелым.

А до Киева еще немало верст. Не упасть бы с коня, не сникнуть, сохранить силы для схватки с врагом под стенами Киева, схватки трудной, жестокой, потому как врагу так удобнее стоять против усталых русичей.

Но судьба и на этот раз благоволила к Ярославу. Едва дружина перебралась на правый берег реки Тетерев, притока Днепра, как из Киева прискакал гонец, внук воеводы Путяты Данила. С сердца скатился тяжелый камень переживаний за стольный град. Нет, не подойдут вороги к Киеву. Не видать им стольного града! И у нас есть время прийти к нему раньше печенегов. Скрестим мечи с поганцами в чистом поле!

И прибыли силы у воинов, они воспряли духом. Каждый знал, что оставшиеся версты они пройдут до ночи. Потом будет короткий отдых, а тогда уже и в сечу можно… И рать Ярослава двинулась навстречу врагу.

А в полночь, в версте от Киева, великий князь собрал воевод и сказал им: Ведаю, люди уже намаялись. Я пошлю человека только к великой княгине — упредить. Мы же идем к реке Вета, там и встретим орду. Князь отправил Яна Вышату к Ирине с наказом выслать вслед ему всех ратников, сам повел дружину за Киев. Дозорные на стенах крепости заметили движение рати близ города. Со стен послышались голоса воинов: Распахнулись северные ворота, Ян Вышата скрылся в.

Мягкий знак на конце и в середине слова - Русский язык 2 класс #13 - Инфоурок

И вскоре же из Киева выехал конных отряд в триста-четыреста воинов, коих вел старый воевода Путята и Ян Вышата. Анна с Настеной в этот час горевали на крепостной стене.

Им было обидно оттого, что матушка-княгиня отказала Анне и ее товарке уйти с войском. Может, еще и печенеги прихлынут. У наших один путь, а у них —. Довод был убедительный, и Анна смирилась. Пригревшись возле Настены, с которой сидела рядом у бойницы, княжна задремала. Перед речкой, со стороны русичей, тянулась гряда низких холмов.

За этими холмами и затаилась рать Ярослава. Норвежские витязи Гаральда и Ярлема, как наемные, заняли место в середине. Им, может быть, предстояло выдержать первый удар, ежели печенеги пойдут не лавиной, а клином.

Слева от норманнов изготовились к битве двадцать тысяч ратников большой дружины Ярослава. Новгородцы во главе с воеводой Лугошей заняли берег справа от норманнов. В степь были высланы дозоры. Лишь на вечерней заре, когда она угасла, примчались дозорные с вестью о том, что орда приближается. Ярослав велел собрать воевод. Когда они сошлись к его шатру, упрятанному в зарослях ивняка, сказал: Бить ли нам печенегов ночью или ждать утра?

Воеводы посмотрели на новгородца Лугошу. Он понял, чего от него ждут, как от старшего по возрасту. Но вот непременное для. Мы дадим передовой лавине печенегов перейти через Вету. А когда приблизятся к холмам, когда увязнут в болоте, мы и навалимся на.

Идите же к воинам и скажите о том тысяцким и сотским. С тем воеводы и разошлись по своим дружинам. Над Ветой все замерло: Лишь шелест крыльев выпей и чибисов над поймой реки нарушал тишину.

Вечерняя заря уже погасла. Только небо на закате солнца оставалось светлым. Когда же оно потемнело, а на востоке поднялась из-за окоема полная луна, с юга послышался ровный и нарастающий гул: В стане русичей все ожило. Воины поднялись в седле, обнажили мечи, изготовили щиты.

Расчет князя Ярослава был всем ратникам понятен: У русичей были и простор для удали, и сила для натиска. И вот печенеги показались. Они шли широко, дабы сразу на большом пространстве одолеть реку, о которой они, несомненно, знали.

Степняки уже заполонили левый берег, и первые ряды конников спустились к воде и двинулись к правому берегу. Послышалось ржание лошадей — им хотелось пить — и яростные, гортанные крики воинов, погоняющих коней. У степняков в голосах ни страха, ни тревоги. Многие всадники уже одолели водный рубеж и угодили в топь низменного берега, кони начали вязнуть, задние воины погоняли передних, возникли шум, гвалт. На правом берегу становилось все теснее.

Часть воинов, однако, выбралась из топи и приближалась к холмам. Но степняков близ них было еще мало, и Ярослав сдержал русичей, готовых ринуться в сечу. И совсем немного прошло времени, когда все пространство от Веты до холмов заполонили ордынцы.

Медлить было уже опасно. С каждым мгновением у врага прибывали силы. И прозвучал боевой рог и боевой клич великого князя: Да не будет сраму с нами! Над холмами загулял гром. И в сей же миг вся русская рать и две тысячи норманнов ринулись с холмов на печенегов. И никто из них не успел прийти в. Забыв обнажить сабли, печенеги в ужасе поворачивали коней и, давя друг друга, устремились к реке. Ратники Ярослава, витязи Гаральда и Ярлема, новгородцы Лугоши настигали растерявшихся печенегов и разили их без сопротивления.

Сверкали мечи, и падали под могучими ударами русичей и варягов степняки, падали их кони. Воины Ярослава пробивались на левый берег по трупам, словно через лесной завал. Отважнее всех сражался принц Гаральд со своей сотней. Он добывал себе славу, чтобы принести ее к ногам своей принцессы Елизаветы. Гаральд первым поднялся на вражеский берег, ломился сквозь смятенных печенегов, чтобы найти их князя, сразиться с.

Сотня Гаральда, словно мощный таран, пробивала дорогу к вождям орды, чтобы покончить с ними и сломить всякое сопротивление печенегов. Было, однако, очевидно, что печенегские князья Родмон и Тенир потеряли над ордой власть. Родовые князья, находясь близ своих воинов, тоже были охвачены паническим страхом, потому как ночью никогда не бились с врагом, боясь ночных духов. Следом за варягами вклинились в печенежскую орду дружины Ярослава и Лугоши и уже били степняков на всем пространстве Веты, кое заполонили степняки.

За полночь Родмон и Темир сумели наладить сопротивление своих воинов. На рассвете они начали теснить правое крыло новгородцев, пошли на них большой силой. Воевода Лугоша понял, что его ратникам не сдержать натиск орды, и отправил воина просить Ярослава о помощи: И князь Ярослав был вынужден послать на помощь новгородцам запасную тысячу воинов. При этом он проворчал: Родмон и Темир гнали и гнали воинов к Вете и за нее, но там они гибли, как в прорве, так и не сумев овладеть правым берегом, добраться до холмов.

К утру Темир, как более опытный воевода, потребовал от старшего по чину князя Родмона вывести воинов из сечи: Нам нужен степной простор. Потому умоляю тебя, князь Родмон, ради наших детей и пока не все потеряно, отойти в степь.

Мы сумеем оторваться от русов. Молодой и гордый Родмон, получивший власть от отца всего год назад, заносчиво ответил: Хвастливое заверение печенежского князя так и осталось пустыми словами. В рассветный час никто ни в стане печенегов, ни в лагере русичей не знал, что с правого тыла к ордынцам приближалась дружина воеводы Глеба Вышаты.

Его воины падали на луки седел от усталости, а кони от тысячеверстного перехода утомились и спотыкались. Однако у всех нашлись силы ввязаться в сечу. Глеб Вышата во главе дозорной сотни, обнаружившей печенегов еще в степи, подобрался к ним по балкам и лощинам и налетел со спины. Дерзость русичей ошеломила печенегов. Они не знали, сколько воинов ударили сзади и где искать спасения.

А когда все шесть тысяч ратников Глеба Вышаты напали на орду с тыла, в стане степняков вновь возникла паника, они оказались между молотом и наковальней. И почти не было уже обоюдной сечи, началось уничтожение степняков, дерзнувших захватить стольный град Руси. Первыми покинули поле брани князья Родмон и Темир. Убегали, кто как мог, и родовые князья, оставляя своих родичей на погибель. Над приднепровской степью взошло солнце, но там, где русские рати уничтожали полуокруженную орду печенегов, дневное светило не бросало своих лучей на землю, они рассеивалось в облаках густой пыли, поднятой конскими копытами.

Орда повсеместно бросилась спасаться бегством. Ярослав, однако, отважился преследовать степняков, дабы наказать их за вероломство и нарушение мира. Окрыленные ночной победой, русичи настигали врага, их трупами устилали степь витязи Гаральда и Ярема.

И еще тысячи печенегов погибли от мечей русских и варяжских богатырей. Во всех храмах Киева с утра до вечера шла служба. В Десятинном-Богородичном храме отслужили Божественную литургию и был молебен в честь победы русской рати над печенегами. Горожане молились, ликовали с того чaca, когда до Киева дошла весть о том, что русская рать повергла степняков, и теперь кияне с нетерпением ждали возвращения князя Ярослава с дружиной.

Ведь всем хотелось знать, уцелели ли их отцы, братья, сыновья, женихи. Однако пройдет еще немало дней, когда русская рать вернется с доля брани. Князь Ярослав задерживался в степи по многим причинам.

Русичи продолжали гнать печенегов до Днепра. Это было трудно, потому как враги знали, что на берегу могучей реки их ждет полная погибель, знали, что им, конным, не справиться с прибрежным заграждением из скал и утесов.

А без коня ни один печенег не мог бы одолеть бурную водную преграду. В отчаянии князья Родмон и Темир повернули своих воинов на русов, дабы прорваться-таки через их ряды и уйти в степи. Два могучих усмана [13] помчались впереди своих воинов.

СОЦИОЛОГИЯ РУССКОГО ОБЩЕСТВА

Но им навстречу вырвались богатырь Глеб Вышата и отважный витязь принц Гаральд. Дважды Вышата взмахнул мечом и с первого удара вышиб из рук Родмона саблю, а со второго поверг его на землю, ударив мечом плашмя. Тут же подлетели гридни Вышаты, заслонили Родмона от печенегов, спешивших выручить своего князя.

И вокруг него завязалась упорная схватка. Не отдадим мы вам князя! Вскоре телохранители князя Родмона полегли близ. А он открыл глаза и пришел в. Но это уже случилось тогда, когда Родмона связали по рукам и ногам сыромятными ремняии.

Упорнее бились Темир и Гаральд. Сильный печенег, казалось, вот-вот повергнет норманна. Но искуснее оказался Гаральд. Его меч сверкал как молния, и в тот миг, когда сабля Темира ударилась о сталь кольчуги на груди Гаральда, он снес голову печенежского воеводы.

Гибель одного князя и пленение другого вновь повергли врагов в панику, от которой они уже не могли оправиться, и на всем пространстве обратились в бегство. Той порой Гаральд соскочил с коня, схватил за волосы голову князя Темира, поднял ее и пошел навстречу приближающемуся Ярославу Мудрому. Вот голова одного из двух презренных вождей. Потом он показал рукой на отряд воинов, вскинувших мечи, и сказал: Дружины великого князя наконец прижали печенегов к скалистому берегу Днепра и там их добивали.

Но часть кочевников все-таки сумела уйти на правом крыле в степь. Их уже не преследовали. И когда перед русской ратью открылся могучий Днепр, по его берегу бродили лишь одинокие кони. И только здесь Ярослав Мудрый понял, что русичи одолели печенегов, победили их и им уже долго не прийти в. Князь снял шлем, перекрестился и тихо произнес: Ты не оставил нас своими заботами. Возвращались в Киев дружины медленно. На всем пути, который прошли, преследуя врага, и там, где была первая сеча, воины хоронили павших, собирали оружие, ловили коней.

И наконец, упоенные победой, сморенные усталостью, двинулись к Киеву. Позади дружин русичи гнали сотни три плененных печенегов. Среди них были вождь орды князь Родмон и несколько мурз. Осмотрев полонян, великий князь решил, что в рабство он их не продаст, но за каждого потребует выкуп, а за князя столько же, сколько за всех. В часы возвращения в Киев Ярослав думал о многом. В нем поселилась уверенность в том, что никакие беды теперь не прихлынут на Русь. Лишь днепровское половодье будет тревожить, а то и радовать глаз.

Потому настало время возвеличения державы, и прежде всего — стольного града. Осталось только подумать, с чего начать преображение Киева. Жизнь, однако, подсказала сама, к чему раньше всего приложить руки. И еще в пути Ярослав обратился к воеводе Глебу Вышате, который ехал рядом с ним: Нет в том нужды. И в Чернигове тебе не быть с дружиною. Веди ее в Киев. Великое дело будем мы творить, Глебушка. Весь град на ноги подниму. Великий князь въезжал к Киев как победитель, как отец-радетель.

И встречали его тому подобающе. Тысячи людей поспешили на южный шлях. Над городом плыл торжествующий, неумолкаемый звон колоколов. Священнослужители вышли навстречу дружинам с чудотворными иконами и хоругвями. Но первой поздравила Ярослава с победой его любимая дочь Анна. Она ускакала со своей товаркой Настеной далеко в степь, там встретила отца, подлетела к нему, осадила коня и поцеловала руку. А где же наша матушка? Вон мчит ее колесница.

Ирина плакала и улыбалась. Он сошел на землю и обнял княгиню. Да и горожанам спасибо. Вселили они в меня дух веры, с Ольгиных времен хранимый. Кияне ее помнят и чтут. Под ее стягом и ты бы выстояла перед погаными. Ярослав въехал в Киев под несмолкаемые крики тысяч россиян. Жаркий полдень оглашали возгласы: Ярослав не спешил в терема, ему хотелось побыть среди горожан, посмотреть, как они подготовились защищать стольный град.

К тому его побудила Анна. Тебе будет ведомо, с чем мы печенегов ждали. Великий князь внял совету дочери. Но, еще не поднявшись на стены, он увидел многое из того, что говорило о намерениях киевлян защищать стольный град так, как защищали его прадеды во времена святой Ольги.

А потом опять буровая, и будто с головой в омут. Хитрые уси дриснули отсюда, как говорил один хохол в долгановской бригаде, а Никита не умел ловчить, без кривизны душа у него, бесхитростная… Много чего случалось у него.

И горел он — факелом вспыхивала облитая соляром куртка, и под взрыв угодил однажды, когда с корнем вырвало трубы из недр, и в черные болотные ямы ухал, и голодал с буровой братией в штормовые осенние дни, когда по неделям вертолеты отсиживались в аэропортах и бригады выедали на кочках вокруг буровой до единой клюквинки.

Рвал на работе жилы Никита, глохнуть, нищать стал его инженерный ум в мартышкиной этой работе. А кончилось тем, что поборол Никиту алкоголизм, и до ультрафиолетовых соплей наклюкался он однажды. С жестокой ясностью опахнуло разум в похмельное утро, когда проснулся он, сидя в тазу с помоями под умывальником, и содрогнулся от мысли, что лошадью вламывает на буровых. Не один раз вспоминался ему отец, его рассказы о подземельных шахтерских конягах, которые слепли от света, когда их поднимали наверх.

Нечто подобное происходило в дни отдыха и с Никитой, и вот шмякнула его жизнь об стенку. Отважился на самое крайнее — вшили ему ампулу, пока не доконал совсем алкоголь. И только одна мысль у Никиты билась: Сейчас бурильщик работает на зверином чутье. А внедри автоматику — даже салажонок-бурильщик справится… Как ни оживлялся мастер, живописуя свои технические задумки, Неро улавливал печальный его, как у косули, взгляд, и буравила поэта-охотника жестокая мысль: Одним себя утешал иногда: От горечи у Неро даже запершило в горле.

Ясней ясного открылось ему свое: Что делать, что делать с этой напастью? А ведь ничто, казалось бы, не предвещало беды. Увиделось в памяти, как ходил тогда он в огород топить домашнюю свою баню, а потом неистово, до шкуросьема, выхлестывал хворь из себя и выпаривал грязь из осоловелого тела. Аннушка выдраила с кирпичом пол, поумывала ребятишек, позаправила все, почистила, поскоблила. Душа ее не мимоходом уложена была, такая она у вялых и сонных, у Аннушки же, когда она находилась в добром здравии, горело все в руках.

Недаром о ней говорили: Когда Неро вплыл будто на клубах пара в дом, морковнокрасный, распаренный, Аннушка сидела у стола в новом ситцевом платье. Все посвежело, помолодело в квартире. Детей усадили на одну скамью, и они сразу же, дружно швыркая, стали хлебать уху. Неро брызнул улыбкой и не удержался от шутки: И он потянулся через стол к жене. С безмерной лаской глядели они друг на друга, понимая, что мир и лад в семье — высшее, может быть, счастье человека, где находят отдохновение победные его силы.

А больше, наверное, и негде отдыхать им, как в кругу самых родных и близких людей. Неро повел взглядом вдоль стола и сказал в приливе чувств: А то хватил мурцовки в урманах, дичать уж начал.

Благо, что вертелся, как вертник, жилы — винтом. В матерящие ж дебри забрался. Ну, и добыл добре пушнины.

За лосем еще пластался. Ну, побудем, женушка, родная моя! Неро впитывающее смотрел на дорогую свою женулю, народившую ему прелестных детишек, алкая взглядом сладостные ее губы, мякоть грудей, округлости бедер. И волна нежности в нем, поднимаясь от ног, пронизывая все его существо эманациями счастья, радости и желания, захлестнула Неро до макушки. И вновь звякнули рюмки… Утром сквозь хмари туч пробилось белое зимнее солнце, белесый свет его напитал небо над всей округой, тайгу, бодряще сочился в окна домов.

В жилище Неро вливались, врачуя его, мирные живительные струи того вселенского лада, по которому воды тысяч безымянных югорских ручьев скатываются в реки и океаны, чтобы потом живущие своим противоборством силы ветров и солнца вернули их дождями родной земле-матушке.

Неро так все воспринимал с детства, что жила в нем подспудно, может быть, и не осознаваемая до конца убежденность в том, что небеса, воды, леса и люди, мысли и чувства их — одна живая стихия. Детским еще своим умом верил он, что, как и люди, могут ссориться звезды, и теплее, добрее они, если добрее живут люди.

А добрей звезды, добрей и люди. Наблюдая за мириадами блистающих огоньков в ночном небе, такие состояния испытывал мальчик-ненец, что будто наструивалась в его кровь добрая энергия звезд. Так же ощущал в себе иногда он ток солнечных и лунных лучей, будто и сам он был волновым явлением… Аннушку же сбивал с панталыку родной ее братец Егор. Запиваться стал по-черному он и навадился к сестре ходить, когда Неро на промысле.

И увлекаться стала она винными возлияниями, бражку начала ставить. Как на ножи бросилась она в пьянство. Голая, было такое, выскочила из дома и ну выплясывать в пьяном кураже.

В этом состоянии и застал ее Неро, возвратившись из похода в тайгу однажды, и чуть было не застрелил Аннушку. Та же с каждым загулом осознавала, что губит. Доходило у нее до помрачения разума, как и в этот.

Снег беспробудно будто валит с неба. И все в снегу: Душа ее в снегу и разум. Омут снега, казалось, вот-вот проглотит ее, и белым останется небо, белыми будут деревья и некорыстные домишки лесовных людей. Допившись до бесстыдной разнастанности, заорала Аннушка, увидев мужа: Он схватил ружье, прицелился в пляшущий перед его глазами лоб Аннушки, а в голове одна мысль: Вторым выстрелом решил он себя кончить.

И крик Аннушки только образумил. И выстрелил он в землю, разрядив тем самым себя от вспыхнувшей в нем, будто порох, злой энергии. Кураж Аннушки же был неосознанным бунтом ее против несправедливости жития. Повез потом Неро Аннушку в большой город. Известный на всю Сибирь целитель, статный кряжистый старик, скомандовал людям в зале: Поднялась нерешительно с другими Аннушка. Тот не смог выдержать плачущего ее взгляда и шагнул к жене.

Долго не мокли губы Аннушки в зелье, но опять сорвалась. Не смогла отказаться от рюмки, предложенной хмельным Егором… Вернувшись мыслью к алкоголизму Никиты, Неро подумал лишь: Остов буровой, будто ракета на старте, решетчатой свечой торчит из клубов пара. Она подрагивает, и кажется, вот-вот взлетит, вытолкнется вверх бушующей плазмой огня. И парит все кругом — паром обволокло котельную, двигатели, трубный скелет буровой, дышит паром и вскрытый экскаватором ядовитокоричневый торф.

В белом тумане слепо ползает, взрыкивая время от времени, кургузый тракторишко. Заиндевелая, с юбкою ледяных натеков под ребристой стальной площадкой, буровая гудит органными гулами и вибрирует. Вспомнилось Никите в это мгновение и как первый раз вышел в эфир по рации на буровой. Понесли радиоволны в атмосферу насыщенный волнением его голос, вибрирующе-звучный тембр, и казаться стало парню, что он наполняет собой не имеющую пределов вселенную и свойствами уже не отличается от нее… Неро уставился на лоб Никиты.

И кольнула его боль за мастера, к которому он с первых минут встречи проникся безотчетной симпатией. А Никита уже в ухо гудит ему: А Земля она что, больная? Если и больны, то мы, люди. И бывают если жар у нее, лихорадки, то от наших инфекций. Сменив бурильщика, Никита облапывает ручку тормоза, сливается горячими нервами с ней и чувствует, как стекает по стальной колонне труб и мчится по ней до зубьев долота энергия его мышц и мозга.

И забывает о себе, кажется, в эти минуты Никита, о распрях своих с начальством, о политической трескотне всякой, газетных идеалах справедливости, этих далеких от настоящей жизни эрзац-истинах. Тут, на буровой, в минуты высшего рабочего вдохновения, творческого порыва, азарта он по ту сторону добра и зла, воскрыляется над.

как пишется слово колыхнешься с мягким знаком или без

Не задумывался Никита, быть может, над тем, становится ли человек лучше в результате борьбы за идеалы справедливости и добра, какие насаждались повсеместно в обществе. А пустоту в себе ощущал не раз после долгих свар и противоборств с начальством, чувствовал, что пережигалась в нем какая-то ценная жизнетворная сила.

Потому, может, и отступался, не доводил борьбу свою до победы, доверяясь естественному течению жизни, живой работе на буровой. Выбор этот был неосознанный, но мудрый: В жарких руках и снег разгорится. Веселей, ребята, крути, верти! Клацает зубьями работающий на пневматике автоматический ключ АКБ, шипят и извиваются, как змеи, черные резиновые шланги. Отрывисто звучат команды Никиты. Будто пронизанные каким-то магнитным полем надежды, железки перемещаются в пространствах буровой четко и слаженно.

Мастер охватывает внутренним зрением всю картину пульсации разномастного потока жидкости в колонне, колебания давления, веер векторов скоростей и сил. Славно на душе у Никиты — по сердцу пришелся ему гость-ненец, общение с ним рождало прилив сил. Давно не испытывал Никита такой жадности к жизни, бодрящей энергии. Труба ползет вверх, по стенкам ее текут струи раствора, мокрая, одним словом, работенка. Раствор льется и брызжется, попадает иным за шею, и те крутятся, как ужаленные.

Неро глядит на мастера с желтоватыми от кровавых тончайших прожилок белками глаз, на всех людей вахты и остро осознает, что буренье в северном его краю превращается для них в боренье, восходящее для иных в голгофу.

Снилось Неро после встречи с Никитой Долгановым, как сам он бурить стал после. С сумасшедшей скоростью врезается коронкой с алмазами в недра вселенной бур, высекая звезды. Дрожит стрелка индикатора веса буровой. Стекло его зарастает льдом, цифры блекнут. И мгновенная судорога сводит вдруг Землю, но пяткам Неро ударяет злая, не знающая удержу сила. Ребристая стальная площадка качнулась, и вот она уже уплывает из-под его ног, а сам он — валится в бездну.

как пишется слово колыхнешься с мягким знаком или без

В какое-то мгновение Неро почувствовал, что его голос звучит на волнах гравитационного колебания вселенной, всемогущая сила земной тяжести, как упругий водяной столб, подпирает его, и он вновь обретает устойчивое положение. Словно планетный хор птиц, звучат в эфире неясные человеческие голоса. Перед глазами Неро светится пульт станции. Он следит за показаниями счетчика глубины, который показывает, что долото подходит к забою.

Щелкает реле, бегает по направляющим печатающее устройство. Под красочной диаграммой загорается цифровая таблица.

Побежала каретка расходомера и выронила зернышко цифири из зоба. Их игрища видит он, и бешеный перестук, звон копыт чудится ему в гуле на буровой. А внизу где-то, под площадкой буровой, плывут серебро речных лент Югры, прозрачных от раздумий их вод, затаенных еще от человека, с вьющимися над ними, как белые бабочки, чайками, хвойники с янтарем осенних берез и багрянцем осин, розово-рыжие моховые болота, ершами ощетинившиеся сосновые гривы, где сшибаются рогами на осенних гульбищах лоси, покосы с рдеющим шиповником.

Распростерлись на равнине за вздыбившимся зубчатой осетровой спиной Уралом ажурные мачты опор ЛЭП и острова с буровыми вышками, факелы со шлейфами дыма и тепловыми радугами, букашки машин, поселки с золотистыми, как луковые головки, новыми брусовыми домами, кварталы блочных и кирпичных зданий в молодых городах с бесконечными горстями всяких шанхайных времянок.

По-птичьи таятся в лесах древние гнезда жизни манси, ханты и ненцев, зияют, как раны, пятна земли, где стояли домики-срубы, а теперь буйно разрослись кущи волчьих ягод, иван-чая и крапивы.

А с высот кричат людям лебеди: Как живется вам, Аннушка, Никита, Неро? Он не сгущал краски. Но сооружается она постепенно и финал ее можно предсказать или угадать. Все в мире состоит из элементов надо только знать, что основывается на. Что ты, как у вас говорят в народе: Ты, Санька, интересная личность, мне с тобой чрезвычайно интересно общаться, наблюдать и слушать. Ну что, пошли ворошить сено. Сашка удивлено глянул на Ронни. Вторые грабли у тебя есть, я знаю. А в глаза увядших цветов мне тоже хочется посмотреть.

Сашка почувствовал, что румянец залил его лицо. Не надо тушеваться и умаляться передо. Я всего лишь вхож в информационное поле, и при необходимости, могу что-то подсказать. Но я не вправе ничего изменять. Я знаю, ты изумился, что я вчера взял у тебя с собою, собранные тобой, грибы, хотя, при моих способностях я смог бы собрать несколько подобных корзин.

Разумеется, так и есть, ты правильно мыслишь, но мы не имеем права это делать. Мы работаем на вашей планете на условиях неприкосновенности. Даже травинку мы не имеем права сорвать. Санька, слегка уморившись, решил передохнуть. Прислонив древко граблей к подбородку, он с любопытством наблюдал, как Ронни ловко ворошил скошенную траву, а она, приникая к земле и еще сохранившая утреннюю влагу, поблескивала в лучах солнца всеми цветами радуги.

Ронни, перехватив взгляд Саньки, продолжил. Человек-дитя своей планеты, и ему дозволено. В этом заключается основная трудность нашей деятельности. Представители внешних цивилизаций могут все, но не имеют права. Передохнув, Санька стал быстро ворошить свой ряд, догоняя ушедшего далеко вперед Ронни, ворошившего одновременно три ряда.

Я, правда, не верю в подобные россказни, как и во многое другое. Неправда то, что они представители иных миров или планет, но, правда, что похищают. Родина этих существ Земля. И составная их все та же мысленная энергия. Не зря в религиозных писаниях было сказано, что вначале было слово. Она может создать что угодно, и разрушить. Чаще всего рождение таких существ, работа коллективного сознания, хотя коллективы и не подозревают о существовании своих детищ.

Эта энергия по методу подобия объединяется между собой, создавая энергетические образования, заключая в себе все мысли и знания членов коллектива. После устранения конфликта, энергетические новорожденные разных форм, обличия и силы воздействия остаются без питания, к ним больше не поступает питающая энергия конфликтующих сторон.

Поэтому они отправляются гулять по планете в поисках лучшей доли и своего предназначения. Но это незаконнорожденные дети, падшие ангелы, им нет здесь дела и места в жизни, они вне программ Творца. Поэтому, нагулявшись, и не найдя понимания, такие субъекты возвращаются к своим создателям и начинают требовать внимания к.

Но так как и родители их не видят и не узнают, то, голодные дети нападают на представителей коллектива, породившего его, или на людей с подобным генотипом и мышлением. Человек, как представитель фауны вырабатывает ее внутри себя, за счет питания. Растения вырабатывают энергию за счет фотосинтеза. Энергетические образования планеты живы своими программами. Эти же энергетические субъекты не имеют варианта питания, только вампиризм, то есть отбор энергии у других субъектов.

Поэтому, они нападают на своих родителей, и похожих людей, так как их энергия, опять же по методу подобия, для них удобоварима. Нападая, они могут причинить боль или даже убить, ведь внутри их гневные программы. Они могут сделать это случайно, по незнанию и неумению, могут так же перенести на другое место, но ни о каких научных экспериментах не может быть и речи. У них, между прочим, могут быть даже летающие объекты, все зависит от мыслеобразов родителей. Но все это лишь видимость материального объекта, ведь это фантом, как они.

Ляпсусы Вдруг из-под самих ног Саньки выскочил зелененный лягушонок и ускакал. Рони, а это не фантом ляпсусов, как он здесь оказался?

Была высокая как лес трава. И вдруг превратилась в какие-то непонятные горы. По этой причине я так подробно тебе все рассказал.

Ты, я вижу, это уяснил. Так вот, мы, лишаем этих существ энергетической подпитки, внушая им страх и недоверие к своим создателям. Это не сложно, так как страх и недоверие основа их существа. Теряя доверие к своим создателям, они пережимают каналы энергетического питания и гибнут от голода, освобождая от страданий незадачливых родителей, которые все это время испытывали дискомфорт от недостатка энергии, утекаемой к ляпсусу.

Можно так же активизировать противостояние одной группы ляпсусов к другой, и они просто уничтожат друг друга. Есть и другие способы, например, противопоставление их друг другу, но это очень сложные процессы, думаю, тебе нет необходимости их знать.

Скажу лишь, что здесь привлекаются силы далеких и ближних звезд. Есть, конечно, нечестные колдуны, которые, выловив объект, могут присоединить его к другой энергетической сущности или к не симпатичному для него человеку. Сидят, например, мужчины курят, спорят о политике, понося правителей, руководителей и всех неугодных им людей нехорошими словами. Споры усиливаются, страсти накаляются, энергетика закручивается и в один из моментов может произойти энергетический разряд, вот существо и родилось.

Теперь это сущность, ей для жизни нужна энергия, но ей знакома только энергия раздражения, причем энергия курящих людей. Поэтому сущность стимулирует родителей и подобных им людей, оттягивая энергию этим, растет и укрепляется.

Вот почему, незадачливые родители уходят с перекуров раздраженными и опустошенными с плохим настроением и самочувствием. С этого дня у человека могут появиться различные болезни, вызванные недостатком энергии или слишком быстрой подвижкой уплотненной энергии. Почему я взял в пример мужской коллектив, потому, что мужчины импульсивнее, да и тебе будет понятнее. А так подобные сущности могут появиться где угодно: Но самое опасное то, что эти энергетические сущности по принципу похожести своего внутреннего состава, объединяются между собой, сливаясь, как масляные пятна на воде, и становятся опасными монстрами.

К примеру самолет, попавший в сферу их обитания, чаще всего гибнет, а на записях черного ящика не находят существенных причин для катастрофы. Но если в самолете есть энергетически мощный человек со светлой энергетикой, то есть не утерявший связь с космосом, то возникшая вдруг аварийная ситуация сама собой исчезает. Здесь или группа сущностей, поняв тщетность своих стараний, отступает, или он своею силою уничтожаете их, как утренний свет тьму. Такие ситуации могут быть везде: Они нарушают работу аппаратуры, сбивая ее параметры, перепрограммируя ее на уничтожение, ведь они, как я уже говорил, добрых мыслей не знают.

Они считают, что все в мире существует только для того, чтобы все это уничтожать. Там где скапливается много ляпсусов, возникает неблагоприятные погодные явления и, даже, катаклизмы: Природа, как у вас говорят, не терпит пустоты и в образовавшейся энергетический вакуум, при уплотнении черного ополчения, устремляется звездная энергетика, нанося удар по поверхности земли, вызывая в зависимости от особенности территории, землетрясение или наводнение.

Ты, я думаю, замечал, что где накаляются страсти, там возникает катастрофы. Но и на другие страны эта пословица тоже действует. Чаще всего группа ляпсусов остается на территории, где они родились, но иногда притягиваются в сторону адресата, то есть того человека или группы людей, проклиная которых и появился уродец. Бывает, что, выбрав всю подобную себе энергетику, ляпсус передвигается на соседнюю территорию, неся туда опасность. Так двигаются эпидемии, пандемии. Ведь ляпсусы прекрасно чувствуют себя рядом с цивилизацией болезнетворных вирусов.

Они получают огромное количество энергии от больных людей, стараясь разрушить всю программу человека, а вирусы, считая себя хозяевами планеты, стараются уничтожить все живое, хотя изначально микроорганизмы были предназначены для переработки, то есть утилизации отмерших, потерявших жизненные программы, частиц природы.

Ссорились родители, а болеет их ребенок. Или у нас у мальчишек, подонок, подлец, а ему ничего не делается. Зато тем, кто рядом с ним, или кого он невзлюбил, плохо бывает.

В первом случае семейный ляпсус качает энергию из наиболее доступного объекта. Самому этому мальчику тоже не сладко живется. Ляпсус постоянно стимулирует его к деятельности, через которую он должен вызвать у друзей своих отрицательные эмоции, которыми питается ляпсус. Через этого несчастного, как ты сказал, подлеца проходит энергетическая труба, через которую питается ляпсус. Появился ляпсус, так и корми его до скончания века, или жди, когда вы его обманите. Но что есть, то.

Мы делаем все возможное, помогая светлым людям вашей планеты, но ляпсусы, к сожалению, появляются, как грибы после дождя.

Book: Русская корлева. Анна Ярославна

Этому есть масса причин, но не все фатально, поверь. Но не будем больше о грустном. Сено мы с тобой переворошили, цветы закрыли свои. Их звездный час закончен, теперь корова будет рада сытному сену. Так устроена жизнь вашей планеты. Что же они, эти уроды энергию у нас отбирают. Злость - сильная эмоция, она толкает к деятельности, она приводит к размышлению и сосредоточению внутри себя, к состоянию, которое раскручивает комки темной энергии. Главное, не выплескивай свою злобу в пространство, чтобы не порождать ляпсусов, а так сердиться.

А вот масса таких сущностей, слившихся воедино, это уже грозная сила.

как пишется слово колыхнешься с мягким знаком или без

Бывает, что семейные ляпсусы, отслеживающие строгие и зачастую несправедливые законы домостроя, передаются даже по наследству. Это так называемое родовое проклятье. А живут они долго потому, что семья неосознанно подкармливает их, но и уничтожить их может только человек Земли.

Нам в семейные дела входить запрещено, мы работаем только с социальными творениями. Вот пока и все, что я хотел тебе сказать. Информация для размышления колоссальная. Ты можешь еще отдохнуть, а мене пора. Эту неделю, а может и больше, меня не жди, дела.

Ляпсусы рождаются почти каждый день, напряжение на планете великое. Люди не хотят соблюдать заповеди Творца, не исполняют своего предназначения, обижают друг друга, отбирая то, что им не принадлежало, так что дел хватает. Когда я вернусь, то сам найду. Ты ведь этого хочешь? Я так благодарен судьбе, что встретил. Честно говоря, я так не хочу с тобой расставаться, жаль, что тебе надо уже уходить.

А так отец придет только вечером, я могу на обед не ходить. Иди на обед, а чтобы ты не скучал по мне, вот тебе задание. В этот пакетик собери камушки, которые тебе захочется, можно и другой природный материал, какой пожелаешь.

При возникновении сомнения, взять или не взять, вспомни меня, и ты сразу поймешь, нужен ли мне этот экземпляр.

Так у нас здесь нет полезных ископаемых, только вот глины за рекой добывают, и то. Я тебе уже говорил, что эта дюна ледникового происхождения. И прежде, чем она здесь остановилась, много землицы, как бы тебя сказать понятнее, соскребла с поверхности и вобрала в себя, так что здесь много интересной информации. Вот ты ценные экземпляры и собирай. Ты человек чувствительней, поймешь, что.

Ну, пока, до скорой встречи. Затем встал, и, махнув в воздухе рукой, быстро зашагал в сторону круглой поляны. Санька еще посидел немного, затем спрятал пакет в карман и пошел домой. Всю последующую неделю они с отцом косили по утрам свою делянку. Погода стояла прекрасная, были дни, когда отец и вечером, по вечерней росе урывал время немного скосить травы, так как светлые ночи давали такую возможность.

В обеденный перерыв мать приходила помогать Саньке, собирать готовое сено в стожки. Сенокос подходил к концу, а Ронни все еще не появлялся. Санька торопил время, и каждый день надеялся на встречу. Он в этот год немного рационализировал свою работу, ведь у них, как и у многих сельчан, в конце сенокоса возникала извечная проблема с транспортом. Этот год не был исключением, весь транспорт был занят на совхозном сенокосе, и Санькиному отцу ничего не обещали.

Подумав, родители, поначалу, решили копны оставлять в поле до лучших времен, прикрыв от дождей клеенкой. Но сомнения их разрешил дед Кузьма, он предложил свои услуги: Так, не дожидаясь окончания сенокоса, уже высушенные копны сена, во второй половине дня Санька загружал на телегу и, сделав пару рейсов, перевозил к дому, а вечерком, когда мать с отцом возвращались с работы, сено перегружали в сарай. Утреннее происшествие После такой изнурительно работы, которая длилась в течение десяти дней, Саньке удалось отдохнуть только день, хотя ему обещали полноценный отдых.

Дело в том, что у них подоспела очередь пасти коров. Отец в такой день обычно отпрашивался с работы. Там отпускали без разговора, так как в селе очень многие имели коров, и каждому приходилось на день становиться пастухом деревенского стада, а содержать пастуха для селян было накладно.

Сашка пошел с отцом в подпаски, так как одному управиться с таким большим стадом было практически невозможно. Вторым подпаском они взяли с собой рыжего пса Рудю. Он единственный из всех радовался такому дню, и, освободившись от цепи, шалел от радости, носился как торпеда взад и вперед по двору, прыгал вверх, словно это была не дорожка, а батут. Но, выйдя за ворота, он тут же успокоился и чинно шагал. Это был умный пес, Саньку всегда удивляло, почему родители держали его на цепи, не принимая во внимание Санькины просьбы.

Правда, мать тоже была солидарна с сыном, но отец был неумолим, он считал пса несмышленым щенком, хотя Руде в июне исполнился год. Но даже прошлой осенью, будучи щенком, он уже проявлял ум и охотничий характер.

Пастбища, как такового, в селе не было, коров пасли в лесу, за третьими соснами. Там вдоль дороги, как и по всей ее длине, располагались поля ржи, овса, пшеницы, куда буренки так и норовили пробраться. Стадо потихоньку собиралось в своем обычном месте, в конце села, у задворок тети Машиного огорода. Там, у края первых сосен, имелась небольшая полянка, где и принимали пастухи свое стадо.

Оставив своих кормилиц, женщины или ребятишки-погонщики уходили домой, а коровы, сами, зная дорогу, неспешно шагали к пастбищу и вытянувшись вереницей вдоль дороги, щипая травку у края соснового леса, тянувшегося на протяжении всего пути до пастбища. Руди уже дважды сбегал к началу стада и вернулся, отгоняя нахальных коров, которые так и норовили забраться в совхозные посевы.

Пес, почувствовав одобрение, тут же помчался по дороге, но, пробежав половину пути, обернулся и замер, не зная, что делать. Санька с отцом тоже обернулись и с ужасом увидели, как мимо трех женщин, разговаривавших возле тети Машиного забора, с ревом, промчался бык Петра Ивановича.

Хозяин бежал далеко сзади и что-то кричал. Бык, не обращая внимания на приказы хозяина, в несколько секунд догнал, шедших на работу механизаторов, Ваську и Ивана Степановича. Ничего не успевшего понять Ивана Степановича, человека крепкого телосложения и приличного веса, он с легкостью поднял на рога и швырнул в сторону леса.

Васька с диким криком кинулся бежать, путаясь в высокой ржи. Бык, помотав взъерошенной головой, помчался за Васькой и, неизвестно чем бы все могло кончиться, как вдруг эта взъерошенная громадина, будто балерина, совершающая пируэт, грациозно подпрыгнув, застыла в воздухе, и плавно, словно в замедленном кино, сначала опустилась на передние, потом на задние ноги.

Замерев на мгновение, бык потряс своей рогатой башкой и вдруг, свалившись в уже наполовину спелую рожь, начал трясти копытами в воздухе, сменив балетный пируэт, на занятие аэробикой. Подбежавший хозяин замер от удивления, а его бык тем временем встал и заспешил к стаду. Иван Степанович, оправившись от ужаса, к счастью не пострадав от неожиданной рогатой карусели, вновь увидев быка, вскочил на ноги и, что есть духу, рванул обратно в село, остановившись лишь возле группы людей, ставших случайными свидетелями такого события.

Васька убежал в неизвестном направлении. Хозяин быка с обрывком веревки вновь побежал за рогатым животным. Бык остановился и смиренно подчинился всем прихотям хозяина. В тюрьму за него загремишь. Цепь нынче куплю, веревки для него, что нитки для швеи, все порвал, скотина.

Тот слегка махнул головой и прикрыл глаза с густыми, белыми ресницами. В тот день много разговоров ходило об этом утреннем происшествии. Иван Степанович уверял, что бык даже не дотронулся до него, что его просто перенесло через дорогу какой-то воздушной волной. Приподняло в воздухе, и весьма аккуратно перебросило на другою сторону.

Иные мужики верили ему, зная, что такое бычьи рога, ведь у Ивана не было от них следов ни на одежде, ни на теле. Другие откровенно потешались над его словами. Васька тоже утверждал, что происшествие это было необычным, он говорил, что когда удирал от быка, то не бежал, а летел по воздуху, даже не касаясь земли, ведь даже рожь в том месте не была помятой, он смотрел.

Односельчане, видевшие все своими глазами, помалкивали, понимая, что, действительно, что-то там было необыкновенное, другие же дружно хохотали от рассказов пострадавших мужиков, думая, что они сдурели от страха, и потеряли истинные ощущения. И только Санька знал, что их слова были истинной правдой, что это чудо, которое сотворил Ронни, спасло двух мужиков от верной гибели.

Об этом он рассказал Саньке при их краткой встрече, пообещав попозже подробно все объяснить. Санька об этом, разумеется, никому и не рассказывал, так как знал, что ему, мальчишке не поверят, как не поверили и двум взрослым мужикам.

А лишь поднимут на смех, потешаясь, как над Васькой и Иваном Степановичем, хотя тот и на самом деле не побывал на рогах Кудряша. Ведь манипулируя энергетическими потоками, Ронни своевременно и аккуратно отстранил Ивана Степановича с пути разъяренного быка. И Ваське Ронни тоже помог бежать от быка. И тот, действительно, как на скоростных детских каруселях несся на некотором расстоянии от земли. А Кудряш, то и дело настигавший Василия, норовя поддеть рогами, наталкивался на невидимую плотную и упругую преграду, испытывая при этом небольшое потрясение и вертел своей рогатой головой.

На улице шел дождь, дел никаких не было, родители были на работе. Просмотрев утренние телепередачи, Санька сидел на крыльце, лаская своего рыжего пса, и вспоминал встречу с Ронни. Вот ведь, правда, сколько ляпсусов развелось. Ронни, прощаясь в прошлый раз, говорил, что у их бригады срочная работа, ляпсусы рождаются каждый день, но сейчас их стало слишком. Тогда я еще подумал, что, наверное, будет облава на ляпсусов. Ронни таинственно улыбнулся и ничего не сказал. Да у них на самом деле была настоящая облава.

Перехитрить их было весьма сложно, поэтому приходилось применять звездные методики. Ведь количество ляпсусов увеличивалось со скоростью геометрической прогрессии, а это предрекало катаклизмы и катастрофы, поэтому, надо было действовать активно и очень. Самую большую группу ляпсусов ликвидировали. Недоверчивые существа, ненавидя своих родителей, зачастую людей с пессимистическими взглядами, быстро поверили в предательство, и сами погубили себя, оборвав энергетические каналы с незадачливыми мамами и папами.

Аналогичным способом были ликвидированы некоторые группы поменьше, но несколько хитроумных, умудренных жизненным опытом ляпсусов не поддавались ни на какие психологические уловки. Их бригада перепробовала все методики, но ляпсусы благополучно ускользали от. Оставался последний метод, применяемый еще Христом, когда он пересилил злых духов в свиней и те бросились в море, но и эта перспектива не пугала ляпсусов. Они быстро носились по всему Советскому Союзу, не предпринимая даже попытки замаскироваться под видом животного.

Правда в процессе погони ряды этого легиона заметно поредели, и бригада, усилив темп погони, решила вымотать. Когда вдруг, утомленная невыносимым темпом, оставшаяся группа ляпсусов, рухнула вдруг вниз и попала на несчастную, рогатую голову Кудряша. Обуревающий диким ужасом, он оборвал веревки, ограничившие его передвижение по двору.

Хотя по параметрам животное было добродушным и покладистым. Я видел, что всем вам грозит смертельная опасность, поэтому, взяв управление в свои руки, я предпринял вариант экстренного воздействия, который мы применяем в крайних случаях.

Ляпсусы были блокированы ужасом, который испытывал Кудряш, натыкавшийся на энергетическую стену. Они резко изолировали себя и прекратили свою деятельность.

Именно эта энергетическая стена коснулась Василия и Ивана Петровича, будем надеяться, что она не успела на них повлиять, хотя влияние чаще бывает в лучшую сторону.

Но это есть та причина, по которой мы редко применяем эту методику. Мы не имеем права влиять на людей и изменять их, даже в лучшую сторону.

Вот я сижу на крыльце, бездельничаю, а нам столько книг задали прочитать за лето. Конечно, и за год столько не прочитаешь, но надо хоть. Так я говорю, Руди? Санька потрепал уши, задремавшего у него на коленях пса, он поднял голову, завилял хвостом и облизал доброму хозяину руки. Дождь усилился, так что его капли стали долетать до ног Саньки, поэтому он встал и ушел в дом.

Пес залез под лавочку на крыльце, куда дождь не долетал и вновь задремал. Теперь его уже не держали на цепи, после работы пастухом, и отец стал ему доверять. Двоюродная сестра Саньки поступила учиться в педагогический институт, и была очень горда тем, что смогла успешно сдать экзамены. В полях началась жатва, отца целыми днями не было дома.

Жаркое начало июля, сменившееся на дождливую прохладу в конце месяца, вновь порадовала хлеборобов погожими деньками. Сашка часто виделся с Ронни. Их общение доставляло им обоюдную радость. Различные почвенные фрагменты, камушки и природные материалы, что насобирал Сашка, оказались действительно ценными в плане энергетики и информации, имевшейся на.

Особенно ценными они оказались для Дайсона, изучающего животный мир, прозванного среди друзей доктором Айболитом. Санька через рассказы Ронни был знаком со всеми его сослуживцами в сфере деятельности и науки, а так же с пилотами и штурманами кораблей и даже с работниками космической базы. Узнал Санька, что на планете Ронни есть только условное разделение на мужчин и женщин. Но именно по этим параметрам создаются семьи. Узнал он, что у многих, находящихся в этом рейсе, есть семьи и даже дети, что является огромной редкостью на их планете.

Ведь дети у них появляются на свет не так, как дети Земли, их производит природа, как небо облака, но при непрерывном энергетическом донорстве отца и матери. А у людей Земли тоже бывает разная заряженность энергетики, причем, независимо от пола человека. Теперь Санька знал, что легко обучаются люди с положительным зарядом рук и отрицательным ног, с трудом воспринимают науки люди с противоположным зарядом, у них есть наклонность к практическому труду и физической деятельности: Наиболее разностороннее развитие имеют люди с перекрестной зарядкой конечностей.

Теперь Санька умел определять заряды, а варианты комбинаций записал под диктовку Ронни. Он незаметно проверял свои знания на своих друзьях и знакомых. Вообще Ронни обещал поучить Саньку тому, что его интересует. Ведь только по просьбе землян, они могли передавать свои знания и опыт. Сегодня он обещал дать краткое обоснование энергетического питания человека Земли, от чего, собственно, складывается психика, характер, а значит жизнь индивидуума и, соответственно жизнь общества.

Ученик Вчера весь день шел дождь, а сегодня день выдался солнечный и теплый. Санька, прихватив ручку и тетрадку, шел по песчаной, просыхающей на солнце, дороге. От активного испарения воздух казался влажным, как в бане, но пахнущий не ароматом березового веника, а терпким настоем хвои. В такие моменты у Саньки всегда приятно кружилась голова, и он, казалось, не шел, а словно летел по воздуху, едва касаясь подошвами земли. Дойдя до третьего бугра, Сашка подошел к своему сооружению и потрогал руками шест, с загнутыми гвоздями не его вершине.

Это был центр простенькой антенны, состоящей из пяти шестов, расположенных по углам воображаемого квадрата, с центральным шестом в середине. Здесь, на вершине центрального шеста, в отличие от других, четырех шестов, что стояли по углам, был не один, а два гвоздя, загнутых на крест, по направлению углов квадрата.

Шест стоял прочно и основательно. В густой, сосновой посадке, на третьем зубе белого холма, где стояло много усохших деревьев, шест остался незамеченным, и гвоздь на высоте двух с половиной метров, был для глаз, практически не воспринимаем.

Сейчас Саньке было смешно, как, не поверив Ронни, он первое время подглядывал за грибниками, которые проходили неподалеку от шестов, и вскоре успокоился, убедившись, что они их не замечают.

Лишь некоторые, видимо особо чувствительные люди, что-то ощущали и, слегка поеживаясь, обходили это место стороной. Были несколько человек таких, которые замечали шесты, но не трогали, а, постояв в раздумье, уходили, забыв о том, зачем сюда пришли, так как пропускали на своем пути грибы. Ронни говорил, что не стоит опасаться - это люди творческого плана, они могут ощутить энергию космоса, им вообще дана возможность прикоснуться к небесным сферам.

А вот сила их творчества зависит от степени мастерства, то есть оттого, насколько грамотно они смогут, увиденную и услышанную ими космическую информацию, перевести на земные обозначения: Сойдя с третьего зуба белого холма, Санька пошел к краю дюны, где они с Ронни облюбовали уютное местечко на крутом бережку говорливой речки Тырницы. До назначенного времени осталось пятнадцать минут, Санька не спешил и очень удивился, увидев, что Ронни на этот раз пришел раньше назначенного времени.

Ведь и ты. Я видел, как ты обходил свои сооружения. Тебя никто не видит, я и то не. Я тебя потом поучу, ты сможешь освоить эту методику. Ронни, как ты для наших встреч умудряешься выбрать такую хорошую погоду? Погода - это перемещение воздушных масс.

Потоки влаги регулирует температура, а она в свою очередь постоянно меняется, создавая движения потоков, то есть ветер. Здесь нет ничего конечного, поэтому, ускорить или уменьшить движение допустимо, слегка изменив температуру в верхних слоях облачного пространства. Этому я тоже могу тебя поучить, если пожелаешь. В противном случае они просто иссякнут, так как злобные дела созидаются на энергиях с противоположным движением вектора.

Ты обратил внимание, в прошлый раз, после проливного дождя мы сели на совершенно сухую траву? Я тогда и для тебя зонт брал, а он не понадобился. Я сажусь и иду, полностью не касаясь почвы, а как бы, с небольшой воздушной прослойкой.

И корабли наши не опускаются полностью на почву, а зависают в воздухе, находясь на волнах гравитационного потока, как лодка, на воде, не касаясь дна. А то, что ты видел слегка примятую по спирали траву, это тоже не корпус корабля оставил и не двигательные действия, а энергетический поток, слегка уплотнивший воздушные массы, ворвавшись, в освободившееся пространство от взлетевшего корабля.

Как же ты это сделал? Пока мы с тобой созерцали окрестности, я направил энергетику красного спектра на песчаный выступ, и поток сам высушил его, как этот солнечный луч, он ведь тоже имеет красную, спектральною основу. Между руками я убираю гравитационный барьер. Только первый раз, при рукопожатии была предосторожность, но не для меня, а для.

Ведь для многих пребывание рядом со мной, если я не ставлю изоляцию, не комфортно, а иногда и вредно.